ПОИСК ПО САЙТУ

Профессору приходилось бы также проследить, к которому территории тарнавався название «Русь». Даже в советской историографии (правда, в специальных работах) огульно признается, что название это, связанный с государственностью, касался только Среднее Прыдняпровшчыны с центрами Киев-Чернигов-Переяслав.

Учебники 11 класс от а до я онлайн

   Попутно Петрова утверждает, что во времена Русскую уже йснавала «единая древнерусская народность», которую он иногда называет и «единой Восточнославянские народностью». Хотя Петрова отмечает, что «Русь," русский "народность тех давних времен нельзя атоесамливаць ни с русской (великорусской), ни с украинской, ни с белорусским народностью», общая его тенденция выступает довольно четко [38]. А дело в том, что при помощи этой мистическое «единой древнерусской народности» советская историография фактически пытается ликвидировать возникшую «историческую ненормальность» существования в современности белорусского и украинского народов. Ведь, согласно тенденциями этой историографии, их место должно быть «в общерусском народе», под которым понимается только российский народ и который непосредственно выводится из той «древнерусской народности». Правда, если держаться какое-то научное или логичное последовательности, то ту «древнерусскую народность» выпадала бы прежде всего связывать с современным украинским народом. Вообще концепция о «единую древнерусскую народность», взятая в принципе и перенесена в современность в качестве политического аргумента, могла бы легко тарнавацца, например, к итальянец, испанец, французов, румын в том смысле, что современные итальянцы также могли бы вспомнить другим о своих «исторически-национальные» права. А как же, все эти народы в прошлом творили совместную «древнеримскую государство» и общую «древнеримскую народность», а проще - итальянское национальное и государственное «древность».

Учебники 11 класс от а до я онлайн

Упоминаемый уже нами Б.А.Рыбаков, например, становление это «единое древнерусское народности» относит где к VI-IX века. Однако, пользуясь различными операциями, он и становление Русскую переносит в те же VI-IX веке, включая в нее - где-то в конце Изложения или от начала IX века - и Полоцкое княжество. Петрова в основном повторяет эту мысль Рыбакова, цьвердячы, что «в период разложения первобытнообщинного строя и образования классового общества (VI-VIII в.) На территории Восточной Европы происходило формирование единой восточнославянской народности, получившей название Русь». Однако по Петрова, «Древнерусская (Киевская) государство, в состав которой вошли и земли кривичей (полочан), дреговичей, радимичей, составив западную часть ее» только «образовалась в конце IX века», что и «ускорило формирование древнерусской народности, способствовала укреплению ее единство ». Отметим, что по словам Рыбакова полностью составленная «древнерусская народность» уже существовала от начала IX века. Одним словом, «формирование» это «древнерусское народности»

Петрова относит даэпохи, когда еще, по его утверждению, не могло быть и речи о существование «Древнерусское государства». Если же сделать историческую поправку и отнести государственно-территориальную консолидацию Русскую к эпохе Владимира Сьвятаславича, т.е. на конец Х века, то с этим конечным «формированием древнерусской народности» профессор снова поспешил на целое столетие. По советско-марксыставскае концепции, народность или народ - это продукт классового распластаваньня общества и объединения последнего в сильной политически-государственной организации. А из этого следует, что и образование «единой древнерусской народности» можно отнести разве что к эпохе конца Х и целого XI века, когда Киевская Русь определилась как некая политико-государственная целостность. Но и в этом случае не нужно забывать о слабости политических и экономических связей между ее отдельными землями, о хрупкость ее политико-государственное структуры вообще. Не надо забывать также, что рядом с Киевской Русей и независимо от нее здесь существовала другая политически-государственная организация - Полоцкое княжество.

Выше мы цитировали сведения советского историка П.Н.Трацьцякова. Его работа «В истоков древнерусской народности» является, можно сказать, последним словом советской историографии в рассматриваемой здесь проблеме. И вот что констатирует Третьяков:

«Не следует думать, что сложение древнерусской народности полностью завершилось сразу после образования Древнерусского государства. На первых порах средневековья народность являлась общностью весьма относительной: еще долго сказывалось своеобразие ее компонентов. Не только языковые особенности, связанные с древними диалектами различных славянских группировок и неодинаковым неславянским субстратом, не только специфические черты культуры, бытового уклада и религиозных представлений, унаследованные от прошлого, но и конкретные особенности в развитии общественного строя и различные хозяйственные традиции в первое время так или иначе отличали друг от друга отдельные части формирующейся древнерусской народности.

Поэтому древнерусское население далеко не сразу стало воспринимать себя в качестве единой народности. Не только в ІХ-Х вв., но в ХІ-ХІІ вв. Русью, Русской землей называлась обычно лишь сравнительно небольшая область в пределах Среднего Поднепровья, лежащая вокруг трех городов: Киева, Чернигова и Переяславля-Русского. Население других земель - галичских, смоленских, новгородских, залесских - русским первоначально не называлось... Лишь позднее, после значительных изменений в жизни Древнерусского государства, прежде всего вместе с укреплением феодальных порядков и возникновением новой исторической обстановки, вызвавшей перемещение центра Руси и больших масс населения из Среднего Поднепровья на север, наименование Русь распространилось на все древнерусские земли, их население повсеместно стало считать себя русским.